Image default

Дочь депутатки Ирины Яровой выглядит так. У неё X6 BMW. Брат Сергей Яровой,прописался в депутатском доме на Улофа Пальме. Их мать ездит вне правил. И делает это без проблем — на Ирином BMW стоит мигалка.

Дочь депутатки Ирины Яровой на содержании у диаспоры Азербайджана. Платит группа миллиардеров Нисанова, Илиева и Рагимова.

Её мать — в Госдуме, дядя — в ФСБ. Ещё у Года Нисанова трудится дочь директора СВР Сергея Нарышкина. Он главный разведчик России. Друг Год пускает Сергея оттягиваться в свой частный бассейн в Европейском. Дарит Нарышкиным квартиры. Возит их на бизнес-джетах. По этим взяткам турки с азербайджанцами и купили Карабах.

Депутатку Ирину Яровую содержал миллиардер Михаил Ходорковский. Яровая работала в его Открытой России. Получала деньги от ЮКОСа, компании Ходорковского. С траншей купила себе 127 метров в ЖК Тверская плаза. Вот здесь, на Весковском тупике. Чтобы скрыть недвижку за 3 млн $, единороска Ирина записала эту квартиру на 17-летнюю дочь Катю. Домашний интернет там подключён на потешного деда с фотки. Зовут Виктор Алексеенко. Он ветеран либеральной партии Яблоко. И муж депутатки Яровой. Капиталы Виктора раньше были в декларациях Ирины. Но шесть лет назад Алексеенко оттуда исчез. Фиктивный развод позволил тайно писать на старика бабло и активы Хозяйки.

У неё X6 бмв М077АУ50. Справа Катин брат Сергей Яровой. Он прописался в депутатском доме на Улофа Пальме. Их мать ездит вне правил. И делает это без проблем — на Ирином бмв А127МР97 стоит мигалка. А что было ранее?

Премьер-министру РФ Путину В.В.
Генеральному прокурору

ЗАЯВЛЕНИЕ

Уважаемые Владимир Владимирович и Юрий Яковлевич.

До марта 2007 года я проживал в г. Петропавловск-Камчатский, с 2004 г. состоял в агентурном аппарате УФСБ по Камчатской области на связи с полковником ФСБ Зубарь Юрием Николаевичем http://www.compromat.ru/page_23448.htm Мой куратор — майор ФСБ Гостин Олег Ярославович, в его отсутствие — Черняховский Анатолий Анатольевич, родной брат депутата Госдумы РФ Ирины Анатольевны Яровой.

В настоящее время возникла реальная угроза моему здоровью, а возможно, и жизни, вследствие выполнения указаний и заданий вышеуказанных сотрудников ФСБ. Угроза исходит как со стороны лиц, в отношении которых проводились оперативные мероприятия сотрудниками ФСБ, так и со стороны Зубаря Юрия Николаевича, свидетелем незаконной деятельности которого я являюсь, о чем мной сообщалось ранее сотрудникам собственной безопасности ФСБ.

Кратко излагаю факты в хронологической последовательности.

В 2003 году я познакомил Зубаря Ю.Н. с Мардерфельдом Евгением Борисовичем, Потаповым Сергеем Александровичем (далее М.Е.Б. и П.С.А.) и Клепиковым Вячеславом Вениаминовичем (руководитель службы безопасности предприятий М.Е.Б., П.С.А.). Цель знакомства — решение проблемы уголовного дела в отношении М.Е.Б., возбужденного по подозрению в контрабанде двух плавбаз, списанных на металлолом. Уголовное дело велось следственным отделом РУ ФСБ Камчатской области. Уголовное дело в отношении М.Е.Б. впоследствии было прекращено с помощью заместителя прокурора Камчатской области по следствию В. Розгачева (женат на дочери Игоря Евтушка, совладельца АО «Океанрыбфлот»), со стороны ФСБ Зубарь (смена следователя Дмитрия Чуракова на бывшего подчиненного Зубаря Михаила Ульянцева). Цена вопроса — 300 тысяч долларов США.

Мне предложена работа на предприятии, возглавляемом П.С.А. ОАО «УТРФ Камчатка» в должности зам. ген. директора по экономической безопасности. Данное предложение я согласовал с сотрудниками УФСБ Гостиным О.Я. и Черняховским А.А., они предложили мне согласиться с данным предложением, объяснив мне, что помогут в решении любых проблем предприятия при условии освещения мной всего, что происходит на предприятии, и попросили одним из условий поставить вопрос ежемесячной выплаты со стороны руководства, т. е. П.С.А., обоим по 5000 долларов за поддержку, т. е. за ФСБ-шную крышу. Поручения оплачивались отдельно.

В 2004 году мне стало известно о планируемой афере со стороны М.Е.Б., П.С.А. по невозврату кредита «Камчатпромбанка». Я сообщил об этом оперативнику ФСБ Гостину О.Я., который, доложив об этом руководству, впоследствии объяснил мне, что со стороны руководства ФСБ принято решение по М.Е.Б., П.С.А. по прекращении их противозаконных действий на Камчатке и мне необходимо определиться, на чьей стороне я буду находиться. Было сказано, что ФСБ разрабатывает операцию, как посадить их и отобрать у них бизнес.

Спустя некоторое время я обнаружил в своей машине боеприпасы, в тот же день я подъехал к Зубарю и попросил мне помочь разобраться, т. к. кто-то, видимо, мне хочет устроить неприятности. Он меня успокоил, сказал, чтобы я все выкинул. Затем меня по телефону вызвал к зданию управления ФСБ Гостин О.Я., провел в свой кабинет, там находились сотрудники ФСБ Черняховский А.А. и Бошак Сергей Иосифович. После продолжительных угроз, различных форм психологического воздействия мне было предложено стать агентом ФСБ , оформив это документально. Гостин пояснил, что это указание их руководителя Зубаря Ю.Н., и я согласился. Мне были объяснены задачи по моей работе в ОАО «УТРФ Камчатка», формы поведения.

Попытка обмануть «Камчатпромбанк» была предотвращена ФСБ с моей помощью, за что директор банка по моим сведениям выплатил немалые «гонорары» Зубарю и его оперативникам.

На тот период состояние дел в ОАО «УТРФ Камчатка» сложилось катастрофическое, рыбаки по многу месяцев не получали зарплату, руководство кампании в лице П.С.А. выводило деньги, полученные от продажи рыбопродукции в неизвестном направлении. Осенью 2004 г. П.С.А. был задержан сотрудниками ОБЭП УВД и помещен в камчатский ИВС на 10 суток по возбужденному уголовному делу (невыплата заработной платы) . Я по указанию куратора ФСБ оказывал информационную помощь сотруднику ОБЭП Симховичу А. Впоследствии П.С.А. уехал в Москву, скрывшись от преследования по уголовному делу. Я был уволен с работы по указанию П.С.А. В отношении М.Е.Б. также было возбуждено уголовное дело по факту невыплаты заработной платы работникам «УТРФ» («УТРФ-Камчатка которое возглавлял П.С.А. создавалось как одно из многочисленных предприятий на базе крупнейшего на Камчатке рыбоперерабатывающего и рыбодобывающего предприятия «УТРФ», которое банкротили и разваливали М.Е.Б., П.С.А.), и он был арестован, помещен на 4 месяца в СИЗО, затем выпущен под залог. (От автора — впоследствии уголовное дело по невыплате зарплаты, состряпанное РУ ФСБ, рухнуло в суде, человек был оправдан и получил потом немалую компенсацию за незаконную отсидку).

Мне стало известно о намерениях юриста ОАО «УТРФ-Камчатка» Игошина В.А. (бывший сотрудник ФСБ ) продать акции ОАО «УТРФ-Камчатка» и камчатскую газету «Вести», оформленных на подставных лиц (Игошин по указанию П.С.А. постоянно занимался активами, у него были на руках все необходимые документы, чистые бланки с подписью и печатями, доверенности и т. д.), я доложил об этом Черняховскому А.А., который впоследствии попросил меня организовать встречу Игошина В.А. с Корчевым на предмет приобретения данных активов. Встреча состоялась, Черняховский на ней присутствовал. Впоследствии долгих переговоров Игошина и Корчевого договоренности достигнуто не было.

Впоследствии Черняховский А.А. дал мне указание познакомить Игошина с бывшим сотрудником КГБ Мищенко Анатолием Андреевичем на предмет продажи данных активов, я организовал данную встречу. Мищенко устроил продажу газеты ООО «Вести» своему товарищу — телевизионщику Ефимову Владимиру Святославовичу, осведомителю ФСБ. Обо всем происходящем я докладывал своему куратору или Черняховскому в его отсутствие. По вопросу получения комиссионных от продажи данных активов мне было дано указание брать деньги так же, как я брал, когда работал у Потапова. Я получил порядка 40 000 долларов, часть из них я безвозвратно «занял» своему куратору из ФСБ, и он мне их не вернул. Должен сказать, что сотрудники ФСБ крайне непорядочные и нечестные люди. Получил ли за это деньги полковник Зубарь, сказать не могу, но я постоянно в течение данного времени видел его на встречах с Мищенко А.А., какие-либо решения Мищенко принимал после совещания с Зубарем. Бывший сотрудник КГБ Мищенко постоянно себя позиционировал как местный АльКапоне, что все назначения руководящих лиц прокуратуры, суда, милиции и ФСБ согласовывают только с ним.

Попытка продажи акций ОАО «УТРФ-Камчатка» Фаизову Рафаэлю Асафьевичу (бизнесмен, был помощником губернатора Приморского края Наздратенко Е.Н., советник губергнатора Камчатки Машковцева М.Б.), можно сказать, завершилась неудачей (Фаизов являлся фактическим владельцем ОАО «УТРФ-Камчатка», предприятие существовало за счет средств вкладываемых им, когда он был партнером М.Е.Б., П.С.А. , до момента, пока он не осознал, что партнеры его обманывают), детали пояснить не могу, т. к. не владею информацией в полном объеме, но мне известно, что данные акции Фаизов мог получить через Московского банкира Фролова, на которого П.С.А. их переписал. Так же мне стало известно, что операцией по снятию с должности и посадке в СИЗО руководителя камчатского РФФИ Канчина А.П. занимался непосредственно Зубарь. Он хотел назначить на должность руководителя РФФИ бывшего сотрудника ФСБ Лушкина через связи Мищенко в Московском РФФИ. Канчин был чужим человеком, приехавшим из Приморья, и хотел отлучить от махинаций на продаже конфискованного краба и рыбопродукции сотрудников ФСБ, которые делали там миллионные состояния. Надо всем этим стояли начальники камчатского Управления ФСБ генералы Лаухин Е.А., затем Нечипорюк А.П. и прокурор Камчатской области Войтович А.П. (ныне прокурор Челябиснкой области — авт.) Поэтому ФСБ разработало операцию по устранению Канчина через липовое уголовное дело (впоследствии уголовное дело по руководителю РФФИ Канчину А.П. в суде рухнуло. — авт).

Зубаря с моей стороны интересовал в первую очередь Мищенко, т. к. между ними начались разногласия по продаже конфиската и дележе прибыли. Необходимую информацию я передавал через куратора, иногда лично. Также между Мищенко и Зубарем произошел конфликт из-за личных амбиций и неприязни друг к другу. Лушкин занял сторону Мищенко. Иногда мне предлагалось куратором донести до Мищенко необходимую информацию.

В апреле 2006 года ко мне домой приехал мой куратор и предложил поехать с ним на встречу с одним товарищем, куда, с кем, он мне не объяснил, просто сказал, что у него приказ — доставить меня на встречу. Мы приехали к зданию СИЗО на ул. Строительная, 125-а, прошли на территорию в кабинет оперативников, где меня ждал подполковник ФСБ Сокольников Игорь Валерьевич, который пояснил мне, что действует по указанию своего руководителя Зубаря Ю.Н., в мой адрес прозвучали угрозы и было оказано психологическое воздействие, смысл беседы сводился к тому, что если я не буду и дальше продолжать сотрудничество с органами ФСБ в лице Зубаря, то меня ожидают проблемы, место встречи недвусмысленно было объяснено тем, где я окажусь в случае невыполнения указаний.

Мне предлагалось принять активное участие в операции направленной против нового начальника РФФИ Лушкина и Мищенко (оба выходцы из КГБ — ЭК). Я в категоричной форме потребовал оставить меня в покое, т. к. осознал, что к интересам государства данные действия не имеют ни малейшего отношения и производятся в личных интересах Зубаря Ю.Н., мне было сказано, что я пожалею о своем отказе. Сколько времени я провел на территории СИЗО, точно сказать не могу. Был в подавленном психологическом состоянии долгое время, поняв, куда меня впутывают сотрудники госбезопасности. Защитами интересов государства здесь и не пахло. Только личные корыстные интересы.

Я обратился в службу собственной безопасности ФСБ к Лазенко Владимиру Васильевичу. Он попросил меня написать два заявления, на имя начальника управления и на имя директора ФСБ Патрушева Н.П. Я написал и передал заявления Лазенко В.В., была проведена проверка, о каких-либо принятых мерах мне неизвестно. В процессе дальнейшего общения Лазенко пояснил мне, что ему ничего сделать с Зубарем не дадут, т. к. у Зубаря в Москве большие связи, он на вырученные деньги от продажи конфискованного краба подкармливал высокопоставленных генералов ФСБ на Лубянке. Т.е. обеспечить какую-либо защиту в мой адрес начальник СБ Лазенко был не в состоянии. И просил держать его в курсе происходящего.

В марте 2007 г.(6 марта, но точно в дате не уверен) у подъезда моего дома ко мне подошли два оперативника ОРЧ-4 УВД и предложили проехать с ними, в случае отказа ко мне пообещали применить физическую силу и задержать для установления личности. Я достал и показал им свой паспорт, у меня его забрали и сказали, что они его не видели, ни повестки, ничего другого мне не дали. Меня вывезли на территорию ОРЧ-4 к следователю Набок Анне Дмитриевне. В кабинет прибыл М.Е.Б., который угрожал мне и сказал, что я отвечу за то, что написал рапорт, на основании которого его арестовали (рапорта я не писал никогда и откуда взялась данная информация, мне не известно). Меня продержали до 4 часов утра, адвокат предоставлен не был. Набок предложила мне собственноручно написать показания в качестве свидетеля по уголовному делу №58447 по факту рейдерского захвата сотрудниками ФСБ и Ефимовым В.С. газеты «Вести». В результате мне был дан на подпись протокол допроса меня в качестве свидетеля, отпечатанный на компьютере, в котором было несколько строк, смысл которых — «я ничего не знаю и ничего не видел». Набок сказала, что он пойдет в дело, а то, что я написал от руки, она оставит себе. Домой она меня отвезла на своей машине около 5 утра.

Я сообщил о происходящем Лазенко В.В., он посоветовал мне уехать с Камчатки, т. к. Зубарь мне жить здесь не даст, может что-нибудь случиться. Я с семьей переехал в Санкт-Петербург на свое место жительство, где проживал до службы на Камчатке.

10.10.2008 г. мне домой в С-Петербурге принесли повестку о вызове на допрос в качестве свидетеля. Я прибыл в 15-е отделение милиции на допрос к следователю Тимофеевой И.Л. и дал показания те же, что и письменно Набок, но со слов Тимофеевой, моих письменных показаний в деле нет. Тимофеева сказала, что она в курсе о моей работе на Зубаря и предложила дать показания о роли Зубаря, пояснив что в этом случае сможет избавиться от данного дела, передав его в прокуратуру. Я отказался, т. к. боялся разглашения своего сотрудничества с ФСБ и преследования со стороны Зубаря. Думаю, что правильно сделал, т. к. уже в 18.10.2008 г. в интернете на сайте «Компромат» была размещена статья «Охота на Зубаря», в которой в лице Юрия Николаевича дискредитировалось ФСБ и уверен, что все, что я бы сказал, было бы использовано в этих целях.

В начале 2009 г. в Санкт-Петербург перевелся служить мой куратор Гостин О.Я. Он назначил мне встречу, мы встретились, и он сказал, что благодаря моим заявлениям в СБ смог уйти от подчинения Зубарю и поэтому мне благодарен. Сказал, что я не должен в своих показаниях указывать, что работал на ФСБ, предложил мне, чтобы меня оставили в покое, устроить меня в психдиспансер, который он курирует. Я отказался. Также мне было сообщено, что есть информация о том, что со мной хотят «разобраться», и чтобы я был осторожнее.

08.06.2009 г. мне позвонил Бычков Сергей начальник ОРЧ-4 г. Петропавловска-Камчатского, ведущий оперативное сопровождение по уголовному делу №58447, предложил приехать в СК при прокуратуре по Московскому району г. С-Петербурга для допроса, я прибыл. Следователь Соколова О.А. сказала, что я буду допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу №58447, Бычков сказал мне, что у меня нет другого выбора, т. к. ему даны прямые указания «проявившим политическую волю» начальником СК по Камчатскому краю Ткачевым. Он предложил мне роль соучастника по данному делу и сказал, что я не должен упоминать в своих показаниях сотрудников ФСБ, за это мне дадут небольшой условный срок, также я должен связаться с М.Е.Б., взять у него деньги, приехать в г.П.-Камчатский, где они меня укроют от всех в определенном месте и выпустить на суде в качестве пособника, после чего про меня все забудут, и я спокойно буду жить в С.-Петербурге.

Соколова о моей работе на ФСБ не знала, когда я ей про это сказал, у нее появились вопросы к Бычкову. Они вышли из кабинета, посовещались, и, вернувшись, Бычков заявил, что вариант только один и по-другому не будет. Меня допросили в качестве подозреваемого. (Имеется аудиозапись части разговора с Бычковым). В июле 2009 г. позвонил Бычков с Камчатки и предложил мне срочно встретиться с М.Е.Б. для передачи мне денег, затем чтобы я вылетел на Камчатку. Я объяснил, что не готов. Начались звонки на домашний телефон с угрозами, звонил из ОБЭП по Калининскому району г.Санкт-Петербурга (8-812-573-06-79 Евгений Олегович, аудиозапись имеется). 16 июля 2009 г. я прибыл в Москву в Службу Безопасности ФСБ РФ. Встретил меня Раскочно Дмитрий Евгеньевич (8-495-914-58-33), выслушав, попросил написать заявление на имя Директора ФСБ Патрушева и зарегистрировать его в приемной ФСБ. 20.20.2009 г. я получил письменную отписку на свое заявление за подписью сотрудника О.Г. Габайдулина, в котором сообщалось «Согласно действующему законодательству РФ в компетенцию ФСБ РФ осуществление надзорных функций за деятельностью органов суда, прокуратуры и следствия не входит». По телефону мне было рекомендовано обратиться в Генеральную Прокуратуру РФ.

Убедительно прошу Вас обязать надлежащие органы разобраться в изложенных мной фактах, а также согласно ст.18 Федерального закона «ОБ ОПЕРАТИВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ» оказать мне правовую защиту. Я серьезно опасаюсь за свою жизнь. Прошу Вас не предавать огласке факт моего сотрудничества с ФСБ. Считаю ФСБ преступной и опасной организацией, в чем мне пришлось убедиться лично как осведомителю этой службы.

Может быть интересно:

Черные лебеди и большая политика

leetditor

Джо Байден собирается жестко наказать участников BLM, но потом….

leetditor

В бюджете Казахстана не досчитались круглой суммы от налогов

Последствия дефолта в Ливане

Айдан Токаев

Правительство Казахстана смягчило налоговые условия для бизнеса

5G: добро пожаловать в СВЧ-печку

interleet

Оставить комментарий